Согласно медицинской статистике, необрезанные мужчины заражаются СПИДом в 2-8 раз чаще, чем обрезанные. Обрезание крайней плоти предохраняет мужчин также от других ЗППП, включая сифилис, генитальный герпес и гонорею, уменьшает риск раковых заболеваний пениса и инфекций мочеиспускательного канала. Внутренняя поверхность крайней плоти содержит особые клетки, чрезвычайно чувствительные к ВИЧ и другим инфекциям. Кроме того, крайняя плоть нередко травмируется при половом акте, что облегчает проникновение инфекции.

Во всем мире обрезанными являются примерно одна четверть мужчин. У евреев и мусульман мальчиков обрезают вскоре после рождения, это обязательная часть религизного ритуала. У некоторых народов Африки обрезанию подвергают мальчиков-подростков, это элемент пубертатных ритуалов. В США это делают просто из гигиенических соображений.

Разумеется, само по себе обрезание не является гарантией против СПИДа. Кроме того, оно эффективно только в том случае, если производится до 12 лет. Поэтому эксперты не считают возможным рекомендовать его массовое применение там, где это не принято.

Проблема обрезания имеет свои религиозно-этические и искусствоведческие аспекты. Иисус Христос, как все еврейские мальчики, подвергся ритуальному обрезанию. В некоторых католических храмах даже хранятся кусочки якобы Его крайней плоти (историки острили по поводу ее размеров, если фрагментов хватило на столько церквей). Обрезание Христа было одним из священных религиозных сюжетов, многие художники эпохи Возрождения, например, Содома и Тинторетто, писали большие картины на эту тему.

В то же время обрезание - специфический признак иудаизма, от которого христиане всячески открещивались (в прямом и переносном смысле слова). Поэтому хотя на картинах XV в. Младенец обычно изображался нагим, а Его пенис был тщательно выписан, он никогда не изображался обрезанным. Эта стеснительность распространялась и на изображение библейских персонажей. Например, "Давид" Микеланджело изваян необрезанным, хотя художник прекрасно знал, что этого не могло быть. В антисемитской литературе из акта обрезания часто выводили "женственность" мужчин-евреев, в противоположность мужественным арийцам.